– Слушай! Я только что внес этим идиотам наверху залог. Они должны были тебе позвонить.

– Никто мне не звонил, к тому же мне нужно разрешение на выдачу.

– Джимми…

– Что?

– Ты забыл положить трубку на рычаг.

– Ох…

Маршалл с такой силой швырнул трубку на место, что телефон звякнул от боли.

– Звони им.

Выпрямившись, Хоган молча наблюдал, как Джимми набирал неверный номер. Потом полицейский повторил свой «фокус», пытаясь дозвониться. «Этот тип прекрасно вписывается в этот городишко, – думал Маршалл, нервно проводя рукой по рыжим с проседью волосам. – Хотя все же приятный городок. Маленький, легкомысленный, похож на нескладного подростка, который постоянно попадает впросак. Впрочем, и с большими городами дело обстоит не лучше».

– Мистер Хоган, – спросил Джимми, зажав трубку ладонью. – С кем вы говорили наверху?

– С Кипни.

– Сержанта Кинни, пожалуйста.

Маршалл начал терять терпение:

– Дай мне, по крайней мере, ключ от решетки. Должна же она знать, что я здесь.

Джимми протянул ему ключ. Сержанту уже приходилось сталкиваться с Маршаллом Хоганом.

Насмешливые приветствия градом посыпались из камер вместе с пустыми сигаретными пачками. Маршалл старался как можно быстрее найти нужную ему камеру.

– Эй! Крюгер, я знаю, что ты где-то тут!

– Иди сюда, Хоган, помоги мне выбраться! – послышался раздраженный и полный отчаяния женский голос в дальнем конце отделения.

– Подними руку и помаши мне, что ли, дай какой-нибудь знак!

Из плотной массы тел сквозь решетку камеры протиснулась рука и отчаянно замахала. Маршалл подошел, успокаивающе похлопал по ней и оказался лицом к лицу с Бернис Крюгер, своим лучшим журналистом, превосходным репортером, а сейчас птицей-невольницей в тюремной клетке. Это была привлекательная молодая женщина лет двадцати пяти, с растрепанными темными волосами, в очках с массивной стальной оправой, сильно запачканных. Ясно было, что она провела тяжелую ночь с дюжиной других женщин, в большинстве профессиональных проституток. Некоторые из них были старше ее, другие